Сегрегация
В городе живут двое: синие и жёлтые. Каждому всё равно, кто поселился рядом, лишь бы хотя бы треть соседей была своими. Никто не против смешанного города, и всё же он разделится у вас на глазах.
Почему город разделяется, если никто этого не хотел
Правило одно. Житель смотрит на соседей вокруг своего дома и считает, какая доля из них своих. Если своих меньше, чем он хочет, житель переезжает в любой свободный дом наугад. Если доля устраивает, он остаётся на месте навсегда. Недовольные подсвечены тёмно-красным.
Обратите внимание на цифры в табло. Каждый хотел всего тридцать процентов своих, а в итоге их оказывается около семидесяти: вдвое больше, чем кто-либо просил. Никто не стремился к разделению, оно сложилось само из безобидных решений.
Причина в цепочке. Один переехавший житель портит картину для соседей на старом месте и улучшает на новом. Те, кому стало неуютно, тоже съезжают, и каждый переезд делает кварталы чуть однороднее. Остановиться процесс может только тогда, когда довольны все.
Эту модель придумал экономист Томас Шеллинг в 1971 году, расставляя на шахматной доске монетки двух видов. В 2005 году он получил Нобелевскую премию, и этот опыт — его самый известный результат.
Подвигайте ползунок требовательности. На двадцати процентах город почти перемешан, на сорока разделение становится резким, на шестидесяти часть жителей вообще не может устроиться и переезжает без конца. Переход происходит быстрее, чем кажется.
Где это встречается. Так возникают районы больших городов, так рассаживаются школьники в столовой, так подписки в соцсетях собирают людей в непересекающиеся пузыри. Вывод Шеллинга неприятный, но полезный: разделение не доказывает, что люди враждебны. Оно получается и у тех, кто ничего против соседей не имеет, а значит бороться надо не с людьми, а с устройством самого выбора.